Конкурс: «История одной вещи. Из истории вещей: Садник, рогач, рубель и другие «вымершие» предметы славянского быта Зачем нужны пуговицы

Подписаться
Вступай в сообщество «tvmoon.ru»!
ВКонтакте:


Вести хозяйство на Руси было непросто. Не имея доступа к современным благам человечества, древние мастера изобретали предметы повседневного быта, которые помогали человеку справляться со множеством дел. О многих таких изобретениях сегодня уже забыли, потому что технологии, бытовая техника и смена уклада жизни полностью вытеснили их. Но не смотря на это, по оригинальности инженерных решений древние предметы ничуть не уступают современным.

Вещевой сундук

На протяжении многих лет люди хранили свои ценные вещи, одежду, деньги и прочие мелочи в сундуках. Есть версия, что они были придуманы еще в каменном веке. Достоверно известно, что их использовали древние египтяне, римляне и греки. Благодаря армиям завоевателей и кочующим племенам, сундуки распространились по всему евразийскому материку и постепенно дошли до Руси.


Сундуки украшали росписью, тканью, резьбой или узорами. Они могли служить не только тайником, но кроватью, скамьей или стулом. Семья, имевшая несколько сундуков, считалась зажиточной.

Садник

Одним из наиболее важных предметов народного хозяйства на Руси считался садник. Он имел вид плоской широкой лопаты на длинном черенке и предназначался для отправки хлеба или пирога в печь. Русские мастера изготавливали предмет из сплошного куска древесины, преимущественно осины, липы или ольхи. Найдя дерево нужного размера и подходящего качества, его раскалывали на две части, высекая из каждой по одной длинной доске. После чего их гладко остругивали и чертили контур будущего садника, стараясь убрать всевозможные сучки и зазубрины. Вырезав нужный предмет, его тщательно зачищали.


Рогач, кочерга, чапельник (сковородник)

С появлением печи эти предметы стали незаменимыми в домашнем хозяйстве. Обычно они хранились в подпечном пространстве и всегда были под рукой у хозяйки. Стандартным набором печной оснастки считались несколько видов ухватов (большой, средний и маленький), чапельник и две кочерги. Чтобы не путаться в предметах, на их рукоятках вырезали опознавательные знаки. Зачастую такая утварь делалась под заказ у деревенского кузнеца, но находились умельцы, которые без труда могли сделать кочергу в домашних условиях.


Серп и жернова

Во все времена хлеб считался главным изделием русской кухни. Муку для его приготовления извлекали из собранных зерновых культур, которые ежегодно высаживались и вручную собирались. Помогал им в этом серп - приспособление, имеющее вид дуги с заточенным лезвием на деревянной ручке.


По мере необходимости собранный урожай крестьяне перемалывали в муку. Этому процессу способствовали ручные жернова. Впервые, подобное орудие было обнаружено во второй половине 1-го века до н.э. Ручной жернов имел вид двух кругов, стороны которых плотно прилегали друг к другу. Верхний слой имел специальное отверстие (в него засыпали зерно) и ручку, с помощью которой вращалась верхнюю часть жернова. Изготавливалась такая утварь из камня, гранита, дерева или песчаника.


Помело

Помело имело вид черенка, на конце которого закрепляли сосновые, можжевеловые ветки, тряпье, мочало или хворост. Название атрибута чистоты произошло от слова мести, и применялось оно исключительно для чистки золы в печи или уборки возле нее. Для соблюдения порядка во всей избе использовалась метла. С ними было связано немало пословиц и поговорок, которые до сих пор у многих на устах.


Коромысло

Как и хлеб, важным ресурсом всегда была вода. Чтобы приготовить обед, напоить скот или постирать, ее необходимо было принести. Верным помощником в этом было коромысло. Оно имело вид изогнутой палки, к концам которой крепились специальные крюки: на них цеплялись ведра. Делали коромысло из древесины липы, ивы или осины. Первые памятки об этом приспособлении датируются 16 веком, однако археологами Великого Новгорода было найдено множество коромысел, изготовленных в 11-14 столетиях.


Корыто и рубель

В древние времена белье вручную стирали в специальных сосудах. Для этой цели служило корыто. Кроме того, оно применялось для кормления скота, в качестве кормушки, замеса теста, готовки солений. Свое название предмет получил от слова «кора», потому как изначально именно из нее делались первые корыта. Впоследствии его стали мастерить из половинок колоды, выдалбливая в бревнах углубления.


По завершению стирки и сушки белье гладили при помощи рубеля. Он имел вид прямоугольной доски с зазубринами с одной стороны. Вещи аккуратно наматывали на скалку, сверху клали рубель и катали. Таким образом, льняная ткань размягчалась и разравнивалась. Гладкую сторону расписывали и украшали резьбой.


Чугунный утюг

На смену рубелю в России появился чугунный утюг. Обозначено это событие 16 веком. Стоит отметить, что был он далеко не у всех, поскольку стоил очень дорого. К тому же чугун был тяжелым, и гладить им было сложнее, чем старым способом. Существовало несколько видов утюгов, в зависимости от способа нагрева: в одни засыпались горящие угли, а другие накалялись на печи. Весил такой агрегат от 5 до 12 килограмм. Позже угли заменили чугунными болванками.


Прялка

Важной составляющей русского быта была прялка. В древней Руси ее так же называли «пряслице», от слова «прясть». Популярными были прялки-донца, имеющие вид плоской доски, на которую садилась пряха, с вертикальной шейкой и лопатью. Верхняя часть прялки обильно украшалась резьбой или росписью. В начале 14 века в Европе появились первые самопрялки. Они имели вид колеса, расположенного перпендикулярно полу и цилиндра с веретеном. Женщины, одной рукой подавали к веретену нити, а другой прокручивали колесо. Такой способ скручивания волокон был проще и быстрее, что значительно облегчало работу.


Сегодня весьма интересно увидеть, какой была .

На одном из уроков литературного чтения ребятам было предложено творческое задание: сочинить историю про незаметные предметы в своём доме или про то, «Как ко мне относятся вещи в моём доме». Вот наиболее интересные сочинялочки.


Терентьев Даниил

Жили-были старинные часы. Они стояли в самой большой комнате и на самом видном месте. Каждые полчаса они звонко били курантами, но их никто не замечал.

Однажды часы сломались. В доме стало грустно и тихо. И все сразу заметили, как плохо жить без часов. Поэтому их отдали в часовую мастерскую. Мастер их починил и часы вернулись домой. С тех пор у часов началась новая счастливая история.

Семенова Наталья

В наших домах очень много разных предметов и вещей, которые нам приносят пользу и помогают жить.

Один из предметов – розетка. Да, самая обыкновенная электрическая розетка. Это источник электричества благодаря которому я и моя семья можем смотреть телевизор, включать бытовые приборы, заряжать ноутбук, планшет и телефоны, которые в современном мире так необходимы.


Закревская Арина

Я думаю, что у каждого человека есть своя любимая вещь, которой он дорожит, любит. Возможно, эта вещь связана с приятными воспоминаниями. У кого-то это компьютер, велосипед, кукла или книга. А у меня одна из любимых вещей – это кровать. Она стоит в самом укромном уголочке моей комнаты.

Почему я её люблю? А как же её не любить! Ведь она заботится обо мне, моём отдыхе. Перед сном я люблю читать, и, наверное, она меня тоже слушает. А ещё дружит с моими игрушками, которые любят поспать в ней. Я забочусь о моей любимице: содержу в чистоте, заправляю её. Я думаю, что наша дружба продлится долго!

Жигарёва Валерия

Вещи в моём доме относятся ко мне хорошо. Я люблю их, а они любят меня. Ко мне очень хорошо относится письменный стол. Я делаю за ним уроки, пишу, рисую. Меня любит настольная лампа. Она мне светит, чтобы не портить зрение. Меня любит мой диван. Он мягкий, красивый. Когда я сплю на нём, мне снятся сладкие сны. У меня хорошие отношения с телевизором. Мы с ним друзья. А ещё меня любит мой портфель – за то, что я ношу в нём учебники, тетради и хорошие оценки.


Маркварт Алексей

Я каждый день пользуюсь многими вещами, которые облегчают мне жизнь, но некоторые вещи маленькие и неприметные. Столовые приборы помогают мне кушать, а настольная лампа даёт свет в тёмной комнате. По утрам я завтракаю, и мама мне наводит чай, но без чайника это было бы трудно. Иногда я не замечаю шкаф, казалось бы он большой, но я так привык к нему, что кладу туда свои вещи не задумываясь о нём самом. На самом деле в нашем доме много неприметных вещей, но это не значит, что они бесполезны или от них мало толку – наоборот, чем вещи неприметней, тем больше мы в них нуждаемся.


Котова Любовь

Ко мне хорошо относятся вещи, потому что я стараюсь их содержать в чистоте и порядке. А иногда мои вещи прячутся от меня. Это случается тогда, когда я забываю их положить на своё место. Кровать – мой самый любимый друг. У нас с ней взаимопонимание. Я заправляю её, а она дарит мне волшебные сны.

Митин Максим

Компьютерный стол меня не очень любит, под него постоянно что-нибудь падает: то ручка, то тетрадка, то очень важная бумажка. А про шкаф даже говорить не хочется – то упадёт из него одежда, то не найти нужную. Кровать меня очень любит, она у меня хорошая, мягкая, удобная и сны на ней снятся чудесные. С комодом я тоже дружу, потому что складываю аккуратно в него вещи.

Не уважает меня стул, так как я всегда кручусь на нём. Зато меня очень любит диван. Я прихожу из школы уставший, ложусь на диван, и он заботливо подкладывает мне подушку под ушко. Как человек относится к своим вещам в доме, так и они ему ответят взаимно.

Митин Кирилл

Я очень люблю свой дом и вещи, которые находятся в нём. Но не все вещи любят меня. Так на столе и в шкафу бывает бардак, то шкаф со мной не дружит. Когда я хорошо сложу вещи, то через несколько дней он за что-то на меня обидится, и все вещи станут мятыми.

Меня любит письменный стол, я слишком часто за ним пишу и рисую. Не уважает меня стул, я однажды упал с него. Диван меня любит, он очень удобный и на нём мне снятся прекрасные сны. Но меня совсем не любит одеяло, потому что я его часто скидываю на пол.


Бытует мнение, что любое изобретение связано с кропотливыми исследованиями и научными изысканиями. Но на самом деле так случается далеко не всегда. История знает случаи, когда ставшие востребованными и популярными предметы были изобретены совершенно случайно.

В этом обзоре самые неожиданные истории появления предметов, которые сегодня вошли в обиход человека.

#1 Картофельные чипсы (1853)

История гласит, что Джордж Крам, шеф-повар ресторана при престижном отеле «Moon Lake House» в Саратога-Спрингс (США) в один прекрасный день 1853 года столкнулся с капризным клиентом. Этим клиентом был железнодорожный магнат Корнелиус Вандербильта.

Клиент начал жаловался, что его жареный картофель нарезан слишком толстыми ломтиками, а также слишком мягкий и плохо прожарен. Хотя Крам сделал все возможное, чтобы угодить Вандербильту, тот раз за разом возвращал порцию назад.

Тогда шеф-повар решил проучить клиента. Он нарезал картофель так тонко, как только мог, прожарил его до такой степени, что тот начал разламываться при нажатии вилкой, и посыпал его солью. Однако, случилось неожиданное - Вандербильт восхитился блюдом и заказал еще одну порцию. Славо о «Чипсах Саратога» быстро разлетелась по всей округе, и Крам открыл свой собственный ресторан.

#2 Искусственный подсластитель сахарин (1877)

Однажды поздним вечером в 1877 году русский химик Константин Фальберг был настолько поглощен своими исследованиями, что когда шел домой на ужин из своей лаборатории в Университете Джона Хопкинса, Балтимор, забыл вымыть руки.

Когда он дома взял кусок хлеба, оказалось,что хлеб почему-то сладкий. После этого Фальберг вспомнил, что ранее тем же днем он случайно пролил экспериментальное химическое соединение себе на руки. Т.е. сладкий вкус у хлеба получился из-за какого-то химиката.

Фальберг спешно отправился назад в лабораторию, где опытным путем установил, что это было за соединение – орто-сульфобензойная кислота, которой ученый впоследствии дал название сахарин.

#3 Кока-Кола (1886)

При попытке найти лекарство от головной боли и похмелья, химик Джон Пембертон из Атланты, США состряпал сироп, сделанный из вина и экстракта коки, который он назвал «Французское вино-кока Пембертона».

В 1885 году, в разгар американского Сухого закона, в Атланте запретили продажу алкоголя, что заставило Пембертона начать выпускать сироп сугубо на основе коки, который было необходимо разбавлять водой. История гласит, что в один день из-за небрежности бармен случайно разбавил сироп ледяной газированной водой вместо водопроводной воды. Так родилась современная кола.

#4 Рентгеновские лучи (1895)

В своей лаборатории в 1895 году немецкий физик Вильгельм Конрад Рентген экспериментировал с электронно-лучевыми трубками (примерно аналогичным современным люминесцентным лампам) для того, чтобы исследовать, как электричество проходит через газы. Он осторожно откачал из катодной трубки воздух, заполнил ее специальным газом и пропустил через него электрический ток высокого напряжения.

К удивлению Рентгена, экран, расположенный в метре от трубки, неожиданно начал испускать зеленое флуоресцентное свечение. Это было странно, потому что светоизлучающая электронно-лучевая трубка была окружена плотным черным картоном. Единственным объяснением было то, что «невидимые лучи», произведенные трубкой, каким-то образом прошли через картон и попали на экран.

Рентген решил проверить это на своей жене Берте, после чего оказалось, что лучи свободно проходят через ткани ее руки, в результате чего стали видны кости. Новость об открытии Рентгена быстро распространилась по всему миру.

#5 Вафельный рожок для мороженого (1904)

К концу XIX века, когда мороженое стало достаточно дешевым, чтобы его могли себе позволить обычные люди, обычно его продавали в чашках из бумаги, стекла или металла, которые затем возвращали продавцу.

В 1904 году на Всемирной выставке в американском Сент-Луисе были более чем 50 рундучков с мороженым и более десятка с горячими вафлями. Было жарко, и мороженое продавалось намного лучше, чем вафли. Когда у продавца мороженого Арнольд Форначу закончились бумажные стаканчики, сириец Эрнест Хамви, который продавал рядом вафли, свернул одну из своих вафель в трубочку и предложил накладывать мороженое в нее. Так появился первый вафельный рожок.

#6 Пенициллин (1928)

3 сентября 1928 года шотландский бактериолог Александр Флеминг после отпуска убирал свою лабораторию в лондонской больнице Сент-Мэри. Во время уборки он заметил сине-зеленую плесень на чашке Петри, которую он забыл помыть перед отпуском.

Флеминг собирался выбросить пробу, когда заметил что-то необычное: плесень убила присутствовавшие на чашке Петри колонии стафилококковых бактерий. Спустя несколько месяцев он выделил из этих плесневых грибов пенициллин.

Если бы Флеминг не так спешил в отпуск, то он вымыл бы посуду, и сегодня не было бы одного из наиболее широко используемых антибиотиков в мире.

#7 Микроволновая печь (1946)

Во время тестирования микроволн в 1946 году инженер и специалист по радиолокационному оборудованию Перси Спенсер, который стоял перед радаром, заметил, что шоколадный батончик в его кармане начал плавиться. После этого Спенсер и его коллеги попытались нагреть микроволнами другие продукты, чтобы увидеть, случится ли подобный эффект.

Когда перед радаром положили попкорн, он тут же начал лопаться. А яйцо, положенное в чайник, буквально вскипело.

Наконец, благодаря случайности появилась альтернатива обычным газовым и электрическим печам. Еду стало возможно готовить гораздо быстрее, чем раньше.

#8 Липучка (1955)

62 года назад была запатентована застежка-липучка. А история ее появления была довольно необычной.

В 1955 году, после прогулки с собакой в лесу, швейцарский инженер-электрик Жорж де Местраль обнаружил, что его брюки и и шерсть собаки буквально усеяны репейниками. Рассмотрев заусенцы репейников под микроскопом, де Местраль нашел тысячи крошечных крючков, которые легко цеплялись за маленькие петли, которые можно найти в любой повседневной одежде. Это побудило его сделать двухстороннюю застежку, в которой одна сторона будет оснащена «крючками», а другая мягкими петельками.

Де Местраль опробовал несколько материалов, чтобы понять, в каких из них будет самое сильное сцепление, и обнаружил, что идеален в этом плане нейлон.

#9 Клейкие стикеры (1968 и 1974)

В 1968 году химику Спенсеру Сильверу, который работал в Minnesota Mining и Manufacturing Company в Сент-Поле, была поставлена задача разработать сильный клей для аэрокосмической промышленности, но он в конечном итоге изобрел слабый клей. Как ни странно, крошечные акриловые шарики, из которых состоит этот клей, почти не поддаются разрушению, поэтому его можно использовать неоднократно.

Изначально Сильвер хотел продать свой клей для нанесения его на поверхность досок объявлений, чтобы люди могли клеить на них свои объявления, а после этого легко отрывать их.

Несколько лет спустя, в 1974 году, химику Арту Фраю надоели бумажные закладки, которые постоянно выпадали из его сборников гимнов (он пел в церковном хоре в Сент-Поле). И тут ему пришла в голову гениальная идея - а почему бы не использовать клей доктора Сильвера на этих листочках бумаги.

Фрай нарезал желтую бумагу, которую нашел в лаборатории рядом, и намазал ее одну сторону клеем. Идея оказалась настолько популярной, что более 90 процентов людей сегодня используют стикеры.

#10 Виагра (1998)

Во время клинических испытаний в фармацевтической компании Pfizer первоначально изучалось использование «Виагры» как сердечно-сосудистого лекарства для снижения кровяного давления, расширения кровеносных сосудов и лечения ангины. Хотя результаты оказались неутешительными, в одном из исследований добровольцы мужского пола испытали необычный побочный эффект - очень стойкую эрекцию.

Никто в Pfizer даже не думал изначально применять «виагру» для лечения эректильной дисфункции, и компания едва не выпустила препарат на рынок как средство от ангины… если бы не случайный эксперимент.

Поделись с друзьями в социальных сетях:

Бабушкин сундук

Стоит у бабушки сундук,

И для неё он лучший друг.

Она его откроет рано,

Усядется удобно у дивана

И вспомнит жизнь свою,

Прожитую так рьяно…

Говорят, у каждой вещи есть душа. Она хранит тепло прикосновения человеческих рук, энергетику мастера, некую ауру семьи, тайну. Особенно старые вещи. И хотя вещи не могут говорить, они немые свидетели эпохи, свидетели жизни наших предков. Они бережно хранят историю каждой семьи.

В доме моей бабушки возле русской печи стоит большой деревянный сундук. Он выкрашен в тёмно-красный цвет, окован металлическими пластинами, с ручками по бокам. Тяжёлая полукруглая крышка поднимается за круглое кованое кольцо. Есть замочная скважина, только ключ давно утерян. Сундук не запирается. Никто не может точно сказать, сколько ему лет. Он передавался из поколения в поколение, от матери к дочери. Так и моей бабушке он достался в наследство от её мамы, когда бабушка вышла замуж за моего деда. Там было её приданое: самотканые рушники, новая одежда, ткани, украшения. Бабушка и сейчас хранит в нём самое ценное – старые фотографии, дедушкины награды.

Я часто прихожу к бабушке, подхожу к этому сундуку и словно заклинание произношу:

Сундучок! Сундучок!

Позолоченный бочок!

Расписная крышка!

Медная задвижка!

Раз, два, три,

Свой замочек отопри!

Сажусь рядом с бабушкой и внимательно рассматриваю чёрно-белые фото-графии, которые «уносят» меня далеко-далеко в прошлое.


Я пристально вглядываюсь в эти пожелтевшие снимки и пытаюсь найти сходство с сегодняшними образами своих родных.

Годы бегут, летят, торопятся. Фотографии остаются и всегда есть возможность вернуться воспоминаниями в прошлое. «… Если хочешь, чтобы жизнь повторилась сначала, загляните в семейный альбом!»

Лозбин Андрей, 6 класс

Старинный шкаф

Старые вещи – свидетели жизни наших предков. Они бережно хранят историю нашей семьи.

Хочу рассказать о старинной вещи, которая есть у нас в доме. Это шкаф для одежды. По словам папы ему больше ста лет. Его сделал мой прадед своими руками. До сих пор шкаф в хорошем состоянии. Глядя на него, можно сказать, что сделан он с большой любовью. Ведь если рассмотреть его внимательнее, то не увидишь ни одного гвоздика. Раньше вещи были хоть и не очень красивые, но служили долго. На одной из дверок шкафа есть зеркало. Оно овальной формы, большое. Внутри есть полочки, на которые мама и сегодня складывает вещи. Во втором отделе можно хранить пальто и куртки, которые висят на вешалках , сделанных тоже из дерева.

Чем больше думаешь о старинных вещах, тем больше задумываешься: «Какие были мастера!» Это сейчас всё механизировано, всюду машины и станки. А раньше? Раньше всё делалось руками человека.

Орден «Красной звезды»

Жизнь человека – только миг

В безбрежном времени вселенной,

И только в памяти живых

Она останется нетленной.

В нашей семье есть ценная памятная вещь, которой мы очень дорожим. Это орден «Красной Звезды». Этим орденом награждён мой прадед за проявленное мужество и героизм в годы Великой Отечественной войны. В то лихое время он был старшим лейтенантом, командиром разведроты. Сотрудничал с газетой «Красная звезда». Сохранились его дневники, где вёл записи про подвиги и будни однополчан, про успехи и поражения. Многое пришлось пережить, выстрадать: отступления наших войск и окружение, когда две недели сидели в болоте по горло в холодной жиже; вылазки в тыл врага, взятие в плен «языка», ожесточённые бои с врагом. И его заслуги были отмечены такой высокой наградой.

Более шестидесяти лет прошло с тех пор, как прогремели залпы салюта Победы, но из памяти поколений никогда не изгладится великий подвиг наших прадедов, вставших на защиту Родины, отстоявших свободу и независимость для нас.

Я внимательно рассматриваю орден. Это тёмно-красная рубиновая звезда, в центре которой на сером фоне стоит воин с винтовкой , окружённый надписью: «Пролетарии всех стран, соединяйтесь!». Этот орден свидетельствует о самоотверженности нашего народа в годы войны. Для нашей семьи эта вещь бесценна, и мы ею гордимся.

Будь то брошь, книга, шкаф.. Мы ждем семейные истории про вещи, которые дороги вам и вашим родным, без которых немыслим дом. Или - о вещах, подаренных любимыми, которые для вас больше, чем неодушевленный предмет.

«История одной вещи» - конкурс, участником которого может стать каждый.

Условия: Необходимо прислать интересную историю о ваших любимых вещах. Будь то брошь, книга, шкаф. Мы ждем семейные истории про вещи, которые дороги вам и вашим родным, без которых немыслим дом. Или – о вещах, подаренных любимыми, которые для вас больше, чем неодушевленный предмет. Расскажите истории о «живых» предметах из домашних коллекций. Рассказ присылайте в редакцию «Фонтанки» через форму конкурса, расположенную ниже. Приложите фотографию. Не забудьте указать свои координаты.

Итоги: Итоги конкурса будут подведены 15 марта. А компания BODUM, чей фарфор хранят мировые музеи дизайна,презентует трем авторам подарок. Призы от марки BODUM: кофемолка, электрический чайник, заварочный чайник . С 1944 года марка выпускает посуду. За шестьдесят с лишним лет своей истории создала множество вещей, которые стали легендарными. Знаменитый чайник Osiris находится в музее MoMA, а кофейник – french press BODUM стал визуальным синонимом парижских кофеен.

Юлия Аркадьевна Парамонова, Санкт-Петербург

Серебряная монетка

У меня в семье хранится серебряная монетка, которую, по преданию, подарил моей прабабушке Николай II. Она была совсем маленькой девочкой, это был самый конец 19-го века. Николай еще не был императором и путешествовал по миру. С ним – прислуга, а среди них и мой прапрадедушка и его молодая жена, моя прапрабабушка. Она стряпала, прапрадедушка был денщиком. В общем, в середине путешествия они узнали, что у них будет ребенок. И вот, выпало так, что рожать пришлось в Бомбее! Они очень переживали, чужая страна, непонятные порядки, все неизвестное. Прабабушка родилась, слава Богу, без сложностей. Все было хорошо. И так случилось, что как-то Николай увидел мою прапрабабушку с прабабушкой на руках. И подарил монету. Ее сразу решили ни на что не тратить, а хранить. Это стал талисман прабабушки, а потом и реликвией всей семьи. С Николаем тогда они еще побывали в Египте и Сиаме – вот такая была интересная жизнь.

Ирина:

"Куриный бог"

Однажды на море, тогда мне было 14 лет, я нашла "куриного бога". Так называют камушек со сквозной дыркой. Такие камни принято считать оберегами, и их практически очень сложно найти. Теперь он висит у меня в квартире, над дверью, и считается, что отпугивает злых духов. Не знаю, как насчет злых духов, но с ворами помогало! Дважды квартиру пытались обворовать, и оба раза успевала приехать по сигнализации милиция. Вот такой "куриный бог".

Людмила Вострецова.

Многоуважаемый стол

Лет десять назад я перевезла от родителей старый стол. Он раздвигается и может собрать вокруг себя человек двадцать. Верхняя столешница треснула по всей длине, но собранный умелым мастером, стол достойно служит до сих пор.
Я хорошо помню его торжественный въезд в родительский дом в начале 1950-х. Появление стола открывало шествие новой мебели: громадного буфета, объемистого шифоньера, кокетливого зеркала в широкой раме, возвышающейся над туалетным столиком и небольшой этажерки на тумбочке. Последними вносили стулья с прямыми спинками (тогда в лексиконе нашей семьи не было слова эргономика, и прямые спинки стульев еще не изгибались заботливо, поддерживая поясницу).
Жителям столичных городов, вероятно, сложно оценить подобное событие. Мы жили тогда в маленьком сибирском шахтерском городке. Я совершенно не помню мебельных магазинов. Не существовало и комиссионной торговли. Отец после окончания института получил место преподавателя в горном техникуме. В первом нашем жилище – комнате в деревянном доме – главное место занимал бабушкин сундук (он жив и по сей день). Затем в небольшой квартире появились шкаф и комод, и, наконец, для преподавателей построили двухэтажный дом рядом c техникумом, в котором у нас оказалась трехкомнатная квартира. Вот сюда и понадобилась мебель.
Был найден народный умелец, который создал нам наш замечательный гарнитур. Он мастерил его из сибирского кедра, поэтому до сих пор ни один вредитель не оставил на дереве ни одного следа порчи. Отшлифованные поверхности тонированы, вероятно, морилкой и покрыты лаком (сохранился до сих пор), поэтому они приобрели благородный вид красного дерева. Это было «шикарное» приобретение.
Образ жизни нашей семьи сегодня назвали бы «открытым домом». Соседи-коллеги постоянно сидели именно за нашим столом. Потом вокруг него стали собираться мои тоже многочисленные одноклассники, затем к ним присоединились друзья младших сестер. Когда в семье было решено, что удобней собирать друзей за круглым столом, наш, гостеприимный и уже несколько состарившийся, перебрался в «детскую», где мы делали за ним уроки. Для этой цели он оказался также удивительно удобным: ножки стола закреплены не только под столешницей, но и внизу – распоркой, как раз на той высоте, куда удобно было ставить ноги.
За этим столом и сегодня сидеть очень удобно. Он, конечно, постарел. Кроме глубокой морщины-трещины у него есть и залысины на лаковой поверхности. Свои раздвижные крылья он подставляет сегодня не под тарелки и салатницы, а под груды книг; в центре – терпеливо держит компьютер. На рынке – ярмарке тщеславия – вряд ли кто-нибудь обратит на него внимание. Но мне за этим столом работать уютно. Все мои родные, и живые, и ушедшие, рядом со мной.

Дарья Селякова.

Мой дом

Как это ни покажется странным, у меня пока нет любимой вещи в моем доме. Я просто люблю свой дом. Но это случилось не сразу. Не сразу я полюбила свой дом. Я вселилась в квартиру, где жили другие люди и два года прожила, притираясь и привыкая к новому пространству. Так и не привыкла, особенно когда под обоями обнаружила вездесущий гипрок. Тогда буквально физически пошатнулась моя уверенность в прочности моего дома. Я знала, что дом был построен в 1900 году, и только это вселило в меня уверенность, что под гипроком должны быть ну хоть какие-нибудь человеческие материалы. По ночам, т.е. приходя поздно с работы, я по кусочку отковыривала этот самый гипрок, и начала с дверей. Стали обнаруживаться удивительные вещи: дверные проемы оказались огромными, как будто специально для двустворчатых дверей (как романтично). Дальше посыпалась градом камней штукатурка, обрывалась дранка, и обнажилась, наконец, настоящая стена – частокол толстого теса с щелями и дырочками от сучков. Да,а щели были забиты обыкновенной паклей, вроде сена. И мне стало как-то спокойно. Я поняла, что стены у меня есть, те, которые "помогают", и это МОЙ дом. И я начала "строить" его по своим уже принципам: окна, которые я заказала- деревянные и очень прочные -это любимые окна; двери (их 5 – из них 2 – дввустворчатые, 1 стеклянные), с напоминанием о былой красоте и искусности столярный изделий. И это МОИ любимые двери. Крыша над головой есть, слава Богу, хотя и требует серьезной починки потолок. Дальше будут: любимые обои, любимая плитка, любимые краски, потом добротные предметы и приятные вешички. Но главная "вещь" уже появилась -"малая Родина" ("вот моя деревня, вот мой дом родной.."). А тут уже никакой сентиментальности, это инстинкт.

Вера Солнцева.

Кукла

На мое рождение крестные родители подарили мне Куклу. Обычную такую советскую куклу с резиновой головой и голубыми глазами, желтыми жесткими короткими волосами, пухленьким личиком и пластмассовым телом. Она была со мной еще в то время, когда я себя сама не помнила. Есть фотографии, где кукла Катя больше меня, есть фотографии, где она чуть-чуть меньше меня, есть фотографии, где я вроде бы уже большая и тащу свою Катю за волосы. Катя стала самой главной игрушкой моего детства. Она всегда верховодила в кукольных чаепитиях. Была у нее подружка – кукла Таня, больше
Кати по размеру, но почему-то гораздо менее мною любимая. И остальные игрушки, которые появлялись в моем детстве, ни вкакое сравнение с Катей не шли. Катя была главная и любимая.
Моя бабушка, с которой я проводила много времени, любила вязать. Она обвязывала всю семью, в том числе и мою Катю. Куклу Таню обвязывали тоже, но не с такой любовью. Еще совсем маленькая я любила сидеть и смотреть, как убывает ниточка из клубочка. Потом как-то я взяла крючок и стала вязать сама, это умение передалось мне само собой, мне даже не пришлось особо учиться. Странно, спасибо бабушке за это и вечная память.
Я помню, как-то мы вязали с моей бабушкой Кате свадебный наряд: белую юбку, кофточку, панаму, шарфик, сумочку и носочки. Это стал любимый Катин наряд, в основном она ходила в нем. Когда я выросла, Катя долгое время сидела в шкафу. Где-то раз в год ей стирали одежду, а потом убрали на верхнюю полку. Позже завернули в пакет и убрали еще куда-то
совсем далеко. А как-то, по-моему, когда я уже училась в институте, дома делали генеральную уборку, и нашлась Катя. Я взяла ее и вдруг заметила, что у нее сломался глаз. Там были такие веки с ресничками, которые закрывались, если Катю положить.
Так вот глазик перестал открываться. Мне вдруг стало больно и обидно за нее, лежащую столько лет, завернутую в пакет,забытую, ненужную. Я немножко стыдилась своих чувств к пластмассовой кукле. Но все же заплакала. Помню мамино недоумение: «Вера, ты что плачешь?» «У Кати сломался глазик». Это последнее, что я помню о Кате. Это чувство
привязанности и любви, перекрываемое чувством стыда за свои эмоции.

Светлана.

Фикус


Муж и фикус въехали в мою квартиру одновременно. Муж держал фикус и сумку вещей, фикус держался из последних сил. "Болеет", – подумала я. О фикусе. "Он у меня какой-то карликовый, – передернул плечами муж, – вот уже два года сидит на месте, не растет".С той поры и началась наша совместная жизнь втроем.
Фикус оказалался типичным мужчиной: он требовал к себе много внимания и ничего не обещал взамен. Сначала мы вместе выбирали ему подходящий подоконник: чтобы не жарко, не холодно, не дуло, не слишком ярко, не слишком темно, и соседи приличные чтоб были. Такими же трудами давались поиски подходящего горшка, почвы, удобрения и прочих мужских аксессуаров. "Накормила, напоила, истопи-ка ты мне баньку". Мягкой влажной тряпочкой я отмывала каждый листик от пыли холостяцких лет и рассказывала фикусу, какой он у меня хороший, блестящий, красивый, перспективный и неповторимый. И он поверил.
Каждый день я говорила мужу: "Доброе утро, любимый, – и фикусу: Привет, фикус!" И мужики стали расти. Муж преимущественно в области живота, а фикус мужал в высоту, как засидевшийся на первой парте подросток-коротыш.С каждым годом мы покупаем штаны пошире и горшки побольше. И вот наступил критический момент: фикус перестал помещаться на подоконнике. "Придется отдать маме или в детский сад", – заявил муж. Нам с фикусом стало грустно от перспективы скорой разлуки, фикус даже пару листиков сбросил мне на ковер. Я вспомнила их на пороге, смущенных и молодых... Муж, похоже, тоже это вспомнил, когда на следующий день я вернулась с работы, он встретил меня загадочной улыбкой. Со стола в уголке зала улыбался яркой зеленью старый добрый фикус:). Он продолжает расти, и муж часто шутит, что скоро дырку в потолке придется сверлить. Но больше не заикается о переезде:)

Дуня Ульянова.

Старый шкаф

Много лет стоит в нашей прихожей старый шкаф. Там хранятся куртки выросшего сына, плащи мужа, мои давно неношенные пальто. Когда приходят промокшие под привычными питерскими дождями гости, в шкафу всегда найдется что-нибудь кому-нибудь впору. Шкаф называется бабушкин, и я помню его всю свою жизнь.
Он простой и вместе с тем нарядный, - в правую дверцу вставлено большое зеркало с широкими фасками, а левая дверца украшена резным цветком на длинном стебле, привычным знаком неумирающего в мебельном деле модерна. Шкаф появился в коммунальной квартире на Лиговке, в бывшем перцовском доме, в далеком тридцатом году. Его приобрели по так называемой "подписке", объявленной для поддержки производства мебельной фабрики, то есть внесли деньги и позже получили красивую "обстановку" в числе первых покупателей. В 1934 году семья переехала на Петроградскую сторону в кооперативный дом, и шкаф занял свое место в новой квартире. Он хранил нарядные пестрые платья бабушки, белые брюки и рубашки деда, школьный халатик мамы, – вещи, о которых напоминают довоенные фотографии. В блокаду его не сожгли, только старательно вымели все случайно попавшие под него корочки от старых бутербродов. В 1949 семья уменьшилась, и бабушка сменила квартиру. Теперь в зеркале поблекшего шкафа отражались постаревшие лица, и на плечиках висела не очень модная одежда. Прошли десятки лет, в нашем доме живет молодежь, любящая другие предметы. Старый шкаф стоит в прихожей, его зеркало потемнело и покрылось мелкими трещинками морщин. Но смотрит в него сейчас маленькая девочка,что-то придумывает, а шкаф ей тихонько отвечает...

Ирина Жукова.

Стул номер 14


Это деревянный, с изгибистой в круг спинкой, потрясающей гармонии предмет. Я сожусь на него, когда принимаюсь за работу. А если среди дня на него попадает глаз, то Он неизменно радует – столь совершенна и непритязательно проста форма. Его спинка – две осанистые дуги или два полукружия. Сиденье-два совершенных круга – один заботливо огибает другой, прилегая плотно, так, что не страшны века. Стул номер четырнадцать! Я и не знала, что был такой в истории стул знаменитого венского столяра Михаэля Тонета. Что в 50-х годах 19 века он был самым популярным и массовым, что от него, по сути, пошли все венские стулья на свете и романтически-утонченное понятие «венская мебель». Что уже после Его запуска в массы Тонет с сыновьями открыли производство кресло- качалок, туалетных столиков, колыбелей, кроватей, столов из гнутой древесины. Это был самый простой стул. В комплекте только шесть деталей, а сочленения со спинкой и ножками притерты и прошиты деревянными винтами, что сегодня кажется невозможным. 14-я модель была «залицензированна». Предыдущие, из которых складывался образ, теперь как будто и не в счет... Перечитывая историю этого стула, я воображала как непросто с первого раза было немцу Тонету в Австрии получить привелегии на изготовление кресел и ножек столов из гнутой древесины, «предварительно распаренной водяным паром или вымоченной в кипящей жидкости». Я представляла во всех подробностях как когда-то вот этот мой стул держали руки мастера. Был ли это сам Тонет или его сын: Франц?, Михаэль? Йозеф? или Август? Один из моего парного комплекта потом совсем непривилегированно чинили: по периметру сиденья стул оторочили маленькими гвоздиками, что не испортило его очарования, но добавило драматургии.

Мама после смерти бабушки хотела избавиться от стульев. Но я не дала, потому что его формы всегда меня завораживали. А потом в гости пришла подруга с сестрой, которая сказала: "Да это же стул Тонета". Я кивнула, добавив, что вполне может быть, но вот только оттиска мастера до сих пор мне обнаружить не удалось. Тогда мы еще раз перевернули стул и под ободком сиденья обнаружили надпись.

Два стула Тонета сжились в моей квартире с бабушкиным шкафом, буфетом и круглым деревянным же столом. Несмотря на внешнюю утонченность, я знаю сколь они крепки. Прочность стула Тонета однажды была продемонстрирована эффектным рекламным трюком: он был сброшен с Эйфелевой башни и не разбился. Ни один предмет современной мебели не выдержал бы такого испытания.

Что еще узнала я о своем стуле: что стоимость одного такого составляла в начале 19 века порядка трех австрийских форинтов. Подумать только, ему больше ста пятидесяти лет. Можно только вообразить, какие люди на нем сидели и какие только разговоры не вели.

Елена Алексеевна.

Шкатулка

Есть у меня шкатулка: деревянная коробка с откидной крышкой, на которой незатейливый пейзаж маслом - зеленые елочки и березки в окружении простенькой резной рамки. Мне кажется, лет 50 назад такие же были чуть ли не в каждой семье. Помню ее столько же, сколько себя, уже почти полвека. В детстве шкатулка мне казалась волшебным сундучком. В ней хранились пуговицы. Я любила их перебирать, играла с ними, почему-то всегда в «Маугли». Раскладывала на столе пуговки разных форм и цветов и назначала кого Хатхи, кого Багирой. А на обратной стороне крышки мне нравилось чиркать цветным карандашом. Шкатулка пережила много семейных катаклизмов, переезжала со мной с квартиры на квартиру. Я по-прежнему храню в ней пуговицы, и некоторые из них - те самые, с которыми я играла в детстве, а на внутренней стороне крышки красуются мои детские каракули. Надеюсь оставить эту фамильную реликвию своим внукам, если они когда-нибудь будут.

Цветкова Валентина.

Дар

Есть вещь, без которой мой дом немыслим с некоторых пор. В ней нет никакой семейной значимости, и даже ситуация, связанная с ее появлением, не стоит того, чтобы занять место среди памятных событий моей жизни. У нее нет истории, она САМА история, и напоминание, и память. Достаточно сознания ее присутствия. Сама по себе она не вызывает привязанности, возможно ее с легкостью заменила бы другая. При абсолютном минимуме предметной ценности, предназначение ее гораздо выше ее стоимости. Постепенно возникало ощущение или даже уверенность в том, что не ты, а она тебя нашла.
На самом деле, я по случаю купила на православной ярмарке репродукцию «Троицы» Андрея Рублева, наклеенную на доску и покрытую толстым слоем лака – ИКОНУ. И приобретая – обрела. Возможность приобщиться к абсолюту в Любви. И к пониманию сути вещей.

Ирина Игоревна.

Бабушкина книга


Я напишу о любимой книге бабушки, а скорее- о бабушке. Её давно нет, уже почти некому о ней вспомнить. Всю жизнь напролет мне чертовски жаль, что моя дочь с ней не встретилась. Могла бы, но не случилось. Бабушка умерла нестарой, едва успев увидеть меня школьницей. С уходом бабушки детство не кончилось, но перестало быть тотально счастливым, оно стало разноокрашенным. Что-то фундаментальное навсегда пошатнулось, но даже в смерти бабушка сделала добро, вызвав первую критическую мысль: а так ли всё здесь хорошо устроено, как кажется?

Плёнка памяти отматывается вспять. Новый год. Огромная квартира друзей. Всё интересно и таинственно-волшебно. Детские спектакли. Задачки из Перельмана – кто первый сообразит? Небывалой, забытой высоты ёлка, – у нас дома теперь низкие потолки. Внезапная тишина, скрипят половицы. За мной пришли родители, обнимают: бабушки больше нет. Реву театрально: так надо. Но им не верю. Как это – нет? Я же – есть, значит, и она – есть.

Первый класс. Дядя Боря (он никакой не дядя, он – сослуживец деда) выращивает невиданные гладиолусы, получая луковицы из Голландии (Голландия – она только из книжки про волшебные коньки, другой нет, но нет и сомнений, что из неё могут присылать. У дяди Бори всё может быть: у него телевизор, к нему мы ходим кричать «шайбу-шайбу» за Спартак). Бабушка выращивает на балконе дядь-борины луковицы. Под балконом всегда зеваки. Разглядывают гладиолусы, каких не бывает: они зелёные, черные и фиолетовые, – с ними иду в первый класс, – с авангардным букетом. Солнце сквозь черные лепестки – от розового до фиолетового. Бабушка завязала особенно тугие, строгие- школьница! - косички, передник и воротнички сшиты ею, батист накрахмален. Балкон пахнет душистым горошком до октября, лето длится – это тоже бабушка. Её радость от первого большого холодильника «Ока» (он выше меня), восторг вызывают отделения для яиц, – как придумали, а?!- со специальными выемками. Его окольными путями, через всю страну прислал мой настоящий дядя (оказалось, у бабушки есть сын, он мамин старший брат, но я его не знаю, он военный инженер, служит в Киргизии.- Где это? Лезу в Энциклопедию – зелёные корешки – она внизу стеллажа, там интересно читать). Моё новое слово – он прислал в «контейнере». Все взволнованы и счастливы.

Дача. Мы «снимаем». В городе, проснувшись, слышу через стенку голоса в кухне: подорожало, 150 рублей! Что делать? Улыбаясь, засыпаю, какие глупости, лето и море будут, и бабушка так нежно говорит дедушке: «родной мой, Пузыришке нужно море». Сплю, и так вкусно пахнет подушка.

Дача. Темно. Шум прибоя и елей. Мотылек, стучашийся в абажур. Треск глушилок. Слова: би-би-си, голос америки, сева новгородцев. Бабушка раскладывает пасьянс, дедушка мастерит, у него «золотые руки». Слушая радио, переглядываются украдкой, почему-то им весело. Мне надо много спать: у меня «ревматизм». Бабушка говорит: Ленинград на болоте, ты скоро поправишься, он у всех в роду. Слова «род»- не знаю, спрашиваю. Вот это да: у бабушки тоже была бабушка, она приезжала к ней из Варшавы в карете (ого! она была принцессой?), а потом пришли белые, потом красные. Дедушкин голос: девочки, спать! Дед всегда рядом с бабушкой, только ходит на работу. Заглянув, сплю ли?- они целуются. Будто я не знаю? Они всегда целуются: «Бобушка мой родной» и «Иришенька моя любимая».

Утро, солнце: как много сегодня будет интересного! Бабушкины руки в равномерном движении: вяжут, шьют, печатают на машинке, стирают. Бабушка в веснушках, она вся в золотых точках, и у неё серые глаза, ей повезло, у неё – огромные-преогромные. Говорят: светятся. И у неё необыкновенные волосы, говорят: копна. Слова: врубелевский ангел. Что это? Интересно.

Дом, 17я линия. Силуэт бабушки спросонья: спина у неё прямая-прямая, глаза смеются, она очень молодая спиной к свету. -" Белочка приходила? Приходила, и принесла тебе 3 орешка". Опрометью вон из кровати: вот здорово! Белочка (она нарисована на книжной закладке, а ночью оживает, и потому её видит только бабушка) снова была здесь: вот они, орешки. Как здорово жить.

Первая память. Небо страшно-огромное, грохнулась с качелей, парализует болью и ужасом. Ниже неба вплывает в кадр лицо бабушки, и запах духов, и крепкие, и нежные руки, – это только показалось, что – страшно.

Старый ящик, там письма и документы. 1909, телеграмма Пермь- Пятигорск: «Родилась темнокудрая дочка. Все здоровы». Ленинградский университет. «Не принята по соц. происхождению». Лаборант, воспитатель, машинистка. Анкета: «Был брат: расстрелян в 1918». Сестра: приговорена в 1948. Дядя – март 1935 , его жена – 1935 .Остальные – 1938. Карповка 39, квартира 1. Послевоенные письма мужу: «Боб, родной, не волнуйся, мы все здоровы и скучаем..»

Бабушка никогда ни на чем не настаивала. Она слушала, понимала, всех любила. «Изволь»- был самый гневный глагол в бабушкином лексиконе: «Изволь просить прощения, ирод рода человеческого». Тверда была лишь в том, что «кофе» среднего рода – это «глупость несусветная», а «ежели хотите в мужском, то извольте: «кофе» и «кофий». Но ещё строга была в поправке: «Нас не «эвакуировали». Это была командировка Наркома». Деду не дали уйти на фронт – как специалисту. «Всё пытался нас бросить, бегал в военкомат». В конце марта 1942 их вывезли из Ленинграда на военном самолете: мужа, жену, двоих детей. Дети уже не вставали, пришлось учиться ходить наново. Вес груза строго лимитировался. В провал живота бабушка прибинтовала любимую книгу. Она толстенная, но яма подреберья до позвоночника её вместила, было незаметно.Всё оставленное- погибло. Вся память, вся библиотека. Бабушка вывезла три книги детям: Алиса в стране чудес, Маленький лорд Фаунтлерой, Рыцари круглого стола. И эту, с которой не смогла расстаться, хотя знала её наизусть: Лермонтов.Сочинения. М., 1891. Юбилейное издание. Иллюстрации Айвазовского, Васнецовых, Врубеля. Картинки моего детства.

Я больше люблю стих про «дрожащие огни печальных деревень», а бабушка, Ирина Ивановна, читала вдохновенно: «отворите мне темницу». Она просто улетала от меня со своим вечнолюбимым Лермонтовым. Делалась совсем не «бабушкой». Кажется, сейчас я уже понимаю, про что это было. Но, наверно, не про всё.

Елена Алексеева.

С частье



Мне хочется рассказать о семейной реликвии. Это старенькая десертная тарелочка от фабрики Кузнецовых. Она – это всё, что осталось от бабушкиного сервиза. Когда-то в марте 1929 года ей этот сервиз подарили на свадьбу родители. Мой рассказ – об истории этой тарелочки.
В сентябре 1941 года немецкие войска подошли к небольшому городку Малая Вишера, где жила моя семья. Город бомбили, и бабушка с двумя детьмя пряталась в огороде в вырытую в земле щель. Её муж, мой дедушка, был машинистом. В действующую армию машинистов не призывали, так как фактически Октябрьская железная дорога и была фронтом. В один из сентябрьских дней дедушке удалось выбраться домой. Он велел бабушке с детьми собираться и брать с собой только самый минимальный набор. Бабушка отказалась уезжать без посуды. Долго проспорив, дедушка нашёл выход. Он предложил закопать посуду в землю, чтобы, когда они вернутся, всё можно было бы достать. Бабуля упаковывала свои сервизы, статуэтки, вазы бережно и долго. Разложила всё по коробкам и поздно вечером, в темноте, они всё закопали. Рано утром на нанятой телеге дедушка увёз бабулю с детьми в глухую деревню Клёново. Больше везти уже было некуда: с одной стороны – окружённый врагом Ленинград, с другой стороны - Москва, где тоже шли бои. Около двух лет в этой деревне прожила бабушка с сыновьями. Она работала в колхозе наравне с деревенскими женщинами. И вот настал день возвращения домой.
Город было не узнать. Бабуля сразу начала искать свои коробки. Часть из них пропала. Видимо, выкопали и украли. А большая часть была просто разбита. Из всего так ею любимого фарфора осталась только одна тарелочка. Всю свою жизнь бабушка берегла её. Она для неё была некой гранью между жизнью после 45-го и той жизнью до войны, когда она была так счастлива. Тогда были живы её родители, братья, сёстры; у неё был свой большой дом и два прекрасных маленьких сына. Бабушка была солисткой хора в клубе, утопала в любви мужа; она могла себе позволить сесть в поезд и уехать в Ленинград на концерт Клавдии Шульженко. До конца дней бабуля любила напевать: «Я кукарача, я кукарача...» И главное - она была так молода и беззаботна.
Когда закончилась война... Любимый младший брат Юрочка пропал без вести, другой брат, Миша, погиб при бомбёжке тепловоза. Этой же бомбой покадечило руки её мужу Шурику. Брат Виктор потерял ногу и после войны пристрастился к алкоголю. Умерла от тифа сестра Сусанна. В конце сороковых старший сын принёс из леса гранату и, играя, бросил в костёр. Осколки сделали инвалидом младшего сына.
Бабушка и дедушка прожили очень долгую жизнь. Дедушка умер в 95 лет, а бабушка - в 92 года. После войны у них родилась дочь - моя мама. Они построили новый дом, посадили и вырастили огромный яблоневый сад.
И только когда бабушка брала в руки эту тарелочку её глаза наполнялись слезами, и она очень тихо повторяла: «Как же я тогда была счастлива».

← Вернуться

×
Вступай в сообщество «tvmoon.ru»!
ВКонтакте:
Я уже подписан на сообщество «tvmoon.ru»